Американско-японская картина 1992 года, снятая Барбарой Стройсанд по сценарию Тодда Уоткинса, строится на тонкой игре контрастов: трагизм недавней утраты соседствует с живым, местами едким юмором, а сдержанность еврейского местечкового быта сталкивается с открытой страстностью итальянского иммигранта.
