Потомственное проклятие (1987)

После казни Кэтрин Уайт, признанной виновной в череде жестоких убийств, в городке Олдфилд не устанавливается спокойствие. Вскоре после исполнения приговора к дяде казненной, местному библиотекарю Джулиану, приезжает репортёрша, которая планирует взять у него интервью по поводу преступлений племянницы. Джулиан отказывается давать комментарии, но предупреждает журналистку: убийства в Олдфилде не закончатся со смертью Кэтрин, потому что на городе издревле лежит проклятие, и чтобы доказать свою правоту, он начинает рассказывать четыре истории о странных и трагических событиях, происходивших здесь в разное время. Первая повествование посвящено одинокому пожилому мужчине, который годами ухаживал за больной сестрой и, не выдержав нагрузки, решает найти себе новую спутницу жизни. Его поиски приводят его к знакомству с женщиной, которая кажется ему идеальным вариантом, но реальность оказывается куда страшнее его ожиданий. Вторая история рассказывает о раненом бандите, которого спасают на местных болотах подозрительный негр-старожил. Помощь оказывается не такой бескорыстной, как кажется преступнику с первого взгляда, и он вынужден расплачиваться за спасение по законам, которые не знает ни он, ни обычные жители Олдфилда. Третья байка разворачивается вокруг девушки, которая влюбляется в артиста приезжего карнавального шоу, известного как поедатель стекла. Её влечение к необычному человеку затягивает её в мир странных представлений, где граница между реальностью и цирковым фокусом размыта до неузнаваемости, а каждый новый номер оказывается опаснее предыдущего. Последняя история переносит зрителя в годы Гражданской войны в США, когда группа солдат армии Севера попадает в плен к странной секте, состоящей из озлобленных вооруженных детей, которые обитают на окраине будущего Олдфилд и не признают никаких правил кроме своих собственных. Фильм сочетает в себе черты классического детективного расследования, мрачной городской драмы и мистических ужасов, создавая напряженную атмосферу, в которой каждое новое повествование открывает очередную грань проклятия, тяготеющего над местностью.